Category: искусство

Встретились два человека...

Никак не могу к этому привыкнуть.

В фейсбуке, где размещено это видео, указано число просмотров с прошлого понедельника - 10 млн. 10 МИЛЛИОНОВ, Карл! А так как там еще 250 тысяч перепостов, то (поскольку я не знаю, как идет трансляция, и как подсчитывается число просмотров при перепосте) суммарное число может быть в разы больше.

И что? думаете, кто-то позаботился указать, КТО эти молодые люди?
Видимо, предполагается спрашивать друг у друга: "ты видел вот тех? ну, этих, она на нем висит, а он ее кидает, как куклу"?
В комментах разбирается что угодно - хореография, психология, психоанализ, значение танца, скрытое значение, ассоциации, которые возникли у комментатора - но не артисты!

Мало того, что они с этих миллионов просмотров не имеют ни копейки (а вот первый запостивший свою страницу подраскрутил не слабо, монетизировать может разными-путями). Но когда "вот те...ну, эти.." приедут в ваш город, и вы увидите на афише два имени - откуда вам знать, что это именно они? что заставит вас купить билет?

Что ж,внесу посильный вклад в исправление этого безобразия. На видео дуэт NOOS - Justine et Frédéri. Они французы. Justine Berthillot и Frédéri Vernier встретились на одном из фестивалей в 2009, с 2011 выступают вместе. Работают в National Circus Arts Centre (CNAC).

Музыка, под которую Жюстин и Фредери исполняют этот номер, принадлежит группе The Irrepressibles и называется Two Men In Love.

А теперь наслаждайтесь и ищите свои психологические трактовки. Или не ищите.




история, рассказанная К.

Оригинал взят у runata в история, рассказанная К.
- ...и вот в какой-то прекрасный момент компания Дисней решает привезти в Россию сериал "Винни-Пух" и начинает подбор актёров для озвучки со своим местным представительством. У них там с этим всё строго, каждый голос утверждается в штаб-квартире, и после этого происходит запись в присутствии американского начальства. Ну подобрали всех, утвердили, всё хорошо идёт. Приезжают на озвучку, серьёзные такие, в чёрных пиджаках с золотым микки-маусом на лацканах... И тут выясняется, что актёр, который должен озвучивать Кролика, запил. Серьёзно так, без возврата к реальности в ближайшее время. Что делать? Метались-метались, позвали Ленькова, никому ничего не сказав. Озвучка проходит прекрасно, все довольны. В конце процесса диснеевцы подзывают кастинг-директора, благодарят и спрашивают: "А скажите, ведь на Кролике у нас не тот актёр был, да?". Директор помялся, но сознаться пришлось: "Да, не тот". "А что с тем, который изначально был выбран?" - интересуются диснеевцы. "Ну вы понимаете, он что-то себя плохо чувствует", - начинает юлить директор. "Бухает что ли?" - напрямик спрашивают гости. "Ну да, в запое," - вздыхает директор. "Удивительное дело!" - радуются вдруг диснеевцы, - мы запускали этот сериал в 65 странах мира, и не было ни одного случая, чтобы Кролик не забухал!"

О Земфире Талгатовне

Кто не боится большого количества умных, не всегда входящих в тезаурус среднего русскоязычного юзера, слов - тем весьма рекомендую непривычно для язвительного Артёма Рондарева комплиментарный текст "Нормальная":



...Ее характерное пристрастие (в ранних песнях) к уменьшительными суффиксам – «наркотики-поворотики», «зрачочки», – та обманчиво-беззаботная интонация, с которой она выпевала подобные слова, и та заметная нервозность, которая стояла за этой мнимой беззаботностью, – все это работало на то, чтобы вывести любовную, интимную тематику из контекста, который создает из любовной тематики «предназначение женщины», чтобы превратить ее из генерализации в повседневность, которая не касается никого, кроме тех, кому она принадлежит.

Повседневность прекрасна тем, что из нее нельзя выстроить иерархий – в ней все важно и все в то же время приватно, то есть важно только в том случае, если ты сам проживаешь эту повседневность, а не отдаешь ее на суд больших ценностных систем: в этом случае она оказывается освобождением от больших нарративов и основным врагом идеологий – недаром с ней так отчаянно боролась советская власть, клеймя ее «мещанским бытом».

Здесь, в этой автономизации эмоции и аффекта, и содержалось то основное, что Земфира принесла с собой на рок-сцену: возможность принципиально частного взгляда, в этом смысле становящегося своею собственной метафизикой, метафизикой частного, единственным легитимным модусом существования, в котором любое «обобщение» (которое по-прежнему следует понимать как мужскую прерогативу) становится избыточным пижонством и, как следствие, – признаком слабости, в первую очередь – слабости лексической. В итоге, если Агузарова потакала представлению о женских проблематиках как о проблематиках Другого, то Земфира сделала «проблематикой Другого» все содержание чисто мужского на себя взгляда: это «он» оказался вторичным и часто даже неуместным, а «она» (с ее правом выбирать себе объекты любого гендера) – стала нормой.

После войны

Сегодня многие празднуют. Празднуют годовщину окончания страшной войны - которую практически никто из нас не помнит (разве что по рассказам отцов и дедов). Празднуют в то самое время, когда идет другая война, на которой гибнут их братья, дети, мужья...

Мне этот праздник - в сложившейся обстановке - непонятен. Поэтому хочу поговорить о другом. Когда-нибудь эта война закончится, и ее участники - те, кому повезет - вернутся к нам. Опаленные этим пламенем, отравленные этой ненавистью. Не все вернутся здоровыми: война - не прогулка. Они уже возвращаются, они уже среди нас. Давайте же, вместо того,ч тобы кричать "дедывоивале", сделаем так, чтобы им - живым - было легче жить среди нас. В память же о тех, кто когда-то это сумел, процитирую рассказ дочери о своем отце - Льве Разумовском - который в 17 лет, в 1943 году, ушел на фронт, а в 1944м с него вернулся. Без руки.


Лев Разумовский на фронте. 1944. За две недели до ранения.

*  *  *  *  *  *


Доброжелательные соседи по госпиталю говорили мальчишке:

– Ну, и куда ты теперь такой? Пысарем будешь.

 А он с детства мечтал заниматься скульптурой и совершил невозможное: с одной рукой стал скульптором. И сумел сохранить себя как личность, не утратить достоинства, мужества, умения радоваться красоте и дивное чувство юмора.
Он жил так, что даже мы - семья, не ощущали, что у него одна рука. Он умел всё: мыть посуду, чистить картошку, пилить и колоть дрова, делать красивую мебель, с художественной резьбой и ещё многое, многое, чего не умеют другие.
А скульптура? Каркас, глиняная модель, формовка, обработка мрамора или бронзы? А живопись, графика? А работа над художественными медалями, требующая обеих рук: в одной - художник держит боёк, в другой - молоток?
Только он сам знал, чего это ему стоило.

Никогда, ни в каких аннотациях к прижизненным выставкам он не позволял упоминать о своей инвалидности. И когда слышал высказывания о том, что "пока мы кровь проливали, жиды всю войну просидели в Ташкенте", бил протезом... Пока был молод, конечно.

Collapse )

(no subject)

Ежели кто не догадался, предыдущим постом я пытался поздравить прекрасных дам с праздником. Для недогадливых (а также для тех, кого от первых же аккордов "ЛМ" неудержимо тянет в Ригу) - более традиционный вариант поздравления:



Расстаньтесь с хитрой маскою, дорогие. И улыбнитесь нам:)

Божжже, как она его высекла